Председатель Верховного суда России Игорь Краснов объявил о начале разработки новой автоматизированной системы «Цифровое правосудие». Это заявление было сделано 5 сентября на Форуме председателей верховных судов стран БРИКС в Нью-Дели.
Основная цель проекта заключается в объединении всех существующих судебных сервисов в единую систему и обеспечении бесшовной интеграции с Единым порталом государственных услуг. Кроме того, акцент будет сделан на активном внедрении технологий искусственного интеллекта на всех этапах судебного производства, при этом будут использоваться российские технические и программные решения.
В нескольких регионах страны уже активно применяются четыре крупные языковые модели. Их обучают на правовых позициях Верховного суда России и на практикообразующих судебных решениях по злободневным вопросам.
Применение нейросетей
Среди задач, которые планируется доверить искусственному интеллекту, выделяются несколько направлений:
- транскрибация судебных заседаний;
- анализ доказательств;
- создание шаблонов документов.
Эти функции определены как приоритетные при внедрении технологии в судебную систему.
Для реализации данной концепции в Верховном суде России создан Центр судебных компетенций в области искусственного интеллекта. Этот центр отвечает за выявление и внедрение лучших практик, а также за взаимодействие с академическими кругами и IT-сектором. Главной задачей внедрения нейросетей является достижение единообразия судебной практики: устранение логических противоречий, снижение количества судебных ошибок и повышение предсказуемости правосудия.
ИИ — помощник, а не судья
При этом искусственный интеллект рассматривается как инструмент и помощник судьи, а не как субъект правосудия. Решения по делам, оценка доказательств, нахождение истины и применение закона остаются на усмотрение человека — делегирование окончательного вывода алгоритму недопустимо.
Таким образом, российская судебная система переходит от отраслевой автоматизации отдельных сервисов к созданию единой цифровой среды с использованием искусственного интеллекта. Финальные решения по делам остаются прерогативой судей, а нейросети выполняют вспомогательные функции, начиная от расшифровки заседаний и заканчивая подготовкой шаблонов документов.
Мнение ИИ
С точки зрения машинного анализа данных, внедрение больших языковых моделей для анализа доказательств несет в себе технический риск, который редко обсуждается публично — это склонность подобных систем к «уверенным» ошибкам без явных признаков сбоя. Похожие случаи уже наблюдались за пределами судебной сферы: крупные технологические компании неоднократно сталкивались со случаями, когда алгоритмы ошибочно приписывали преступления реальным людям, которые их не совершали. Перенос подобной архитектуры в контекст транскрибации заседаний и создания шаблонов документов создает новую уязвимость: ошибка модели может попасть в официальный процессуальный документ прежде, чем ее заметит человек.
Обучение российских моделей на практике Верховного суда снижает вероятность таких сбоев в узкой области, но не устраняет саму природу технологии, предсказывающей вероятный текст, а не проверяющей факты. Останется ли у судьи достаточно времени, чтобы перепроверить каждый шаблон, сгенерированный алгоритмом?